Международная правозащитная организация Amnesty International 29 марта опубликовала новый доклад о ситуации с правами человека в мире в 2021 году.

Авторы подвергли резкой критике правительства многих стран, в том числе Таджикистана, в связи с недостаточным реагированием на пандемию коронавируса, подавлением свободы слова и критики, применением пыток и жестокого обращения в закрытых учреждениях, а также по другим вопросам.

Успехи вакцинации подрывались корыстным национализмом и жадностью корпораций

«Политические лидеры и крупнейшие корпорации поставили извлечение прибыли и власть выше интересов людей, предательски нарушая обещания о справедливом восстановлении после пандемии», — говорится в докладе.

«2021 год должен был стать годом исцеления и восстановления сил. Вместо этого он ещё сильнее растравил язвы глубочайшего неравенства и возрастающей нестабильности, от которых нам предстоит страдать ещё долгие годы», — заявила Агнес Калламар, генеральный секретарь Amnesty International.

В докладе говорится, что быстрая и масштабная вакцинация от коронавируса дала надежду на прекращение пандемии для всех людей, однако, несмотря на то, что количество произведённых вакцин позволяло полностью вакцинировать всё население мира в 2021 году, к концу года в странах с низким уровнем доходов было полностью вакцинировано менее 4% жителей.

Авторы доклада обращают внимание на то, что богатые страны, в частности, государства-члены ЕС, Великобритания, США, накопили запасы вакцин, превосходившие их потребности, закрывая глаза на то, что крупнейшие фармацевтические компании ставят извлечение прибыли выше интересов людей и отказываются делиться своими технологиями, что могло бы обеспечить более широкое распространение вакцин. В 2021 году Pfizer, BioNTech и Moderna рассчитывали получить прибыль в размере до 54 миллиардов долларов США, при этом лишь 2% своих вакцин эти компании поставили в страны с низким уровнем доходов.

Многим странам глобального Юга пришлось на себе испытать последствия сговора между корпоративными гигантами и правительствами западных стран; его разрушительное воздействие усугублялось тем, что после десятилетий финансирования по остаточному принципу системы здравоохранения, экономической и социальной поддержки в этих странах не выдерживали возросшего давления и рушились. И нигде это не ощущалось с такой беспощадной жестокостью, как в Африке: к концу 2021 года было полностью вакцинировано лишь 8% населения континента.

«Во многих странах мира и без того уже маргинализованные люди заплатили самую высокую цену за преднамеренный политический выбор привилегированного меньшинства. Право на здоровье и жизнь нарушались в огромных масштабах, миллионы людей еле сводили концы с концами, многие остались без крова, дети были лишены возможности получать образование, выросла бедность», — подчеркнула Агнес Калламар. Она привела следующую статистику: в Южной Африке к маю бросили школу примерно 750 000 детей, что более чем в три раза больше, чем до пандемии. Во Вьетнаме особенно сильно пострадали трудовые мигрантки; многие из них жаловались на то, что им не хватает еды и они не могут удовлетворять другие свои базовые потребности. В Венесуэле пандемия усугубила чрезвычайную гуманитарную ситуацию, существовавшую и ранее: 94,5% населения жили в бедности, вызванной низким уровнем доходов, а 76,6% — в крайней нищете.

Конфликты: вспыхивали новые, продолжались неурегулированные

AI сообщает, что в 2021 году вспыхивали новые и продолжались старые неурегулированные конфликты в Афганистане, Буркина-Фасо, в Израиле и на Оккупированных палестинских территориях, Йемене, Ливии, Мьянме, Эфиопии.

«Воюющие стороны нарушали нормы международного права в области прав человека и гуманитарного права. В этих конфликтах страдали мирные жители, миллионы были перемещены, тысячи убиты, сотни подверглись сексуальному насилию, а неустойчивые и слабые экономики и системы здравоохранения оказались на грани полного краха», — отмечается в докладе.

«Позорное бездействие помогло подготовить почву для вторжения России в Украину»

По мнению авторов, неурегулированность многих конфликтов привела к еще большей нестабильности и разрушениям в мире. «Неэффективность международного реагирования на эти кризисы обнажила «паралич» Совета Безопасности ООН. Совет не смог должным образом отреагировать ни на зверства в Мьянме, ни на захват Афганистана «Талибаном» (организация запрещена во многих странах), ни на военные преступления в Сирии. «Это позорное бездействие, продолжающийся паралич многосторонних органов и безответственность в действиях могущественных государств помогли подготовить почву для вторжения России в Украину, ставшего грубейшим нарушением норм международного права», — отмечают авторы доклада.

«Слишком редко необходимая международная реакция проявлялась должным образом; слишком редко торжествовала справедливость, а нарушители привлекались к ответственности. Вместо этого конфликты продолжали расползаться. И чем дольше они продолжались, тем разрушительнее становились их последствия. Всё новые разнообразные стороны вовлекались в конфликты. Всё новые очаги напряжённости возникали по всему миру. Применялись новые виды вооружений. Множилось число убитых и искалеченных. Ценность человеческой жизнь продолжала уменьшаться. Глобальная стабильность оказалась на грани коллапса», — заявила Агнес Калламар.

Подавление независимых голосов

В 2021 году набирали обороты глобальные тенденции по подавлению независимых и критически настроенных голосов по мере того, как власти государств применяли всё более широкий спектр различных инструментов и тактик. Правозащитники, НКО, средства массовой информации и оппозиционные лидеры становились объектами незаконных задержаний, пыток и насильственных исчезновений; многие из этих действий совершались под прикрытием продолжавшейся пандемии.

В 2021 году по меньшей мере 67 стран приняли новые законы, ограничивающие свободу выражения мнений, свободу объединений или собраний. В США по крайней мере в 36 штатах были вынесены на рассмотрение более 80 законопроектов, ограничивающих свободу собраний, а власти Соединённого Королевства предложили к принятию проект закона «О полиции, преступности, вынесении приговоров и судах», призванный резко ограничить право на свободу мирных собраний, в частности, путём расширения полномочий полиции.

Власти разных стран продолжали включать в свой арсенал новейшие цифровые технологии. В России власти использовали технологию распознавания лиц для проведения массовых задержаний мирных участников протестов. Власти Китая предписали интернет-провайдерам перекрыть доступ к сайтам, «угрожающим национальной безопасности», и блокировали приложения, в которых пользователи обсуждали спорные темы, в частности, Синьцзян и Гонконг.

В Иране, на Кубе, в Нигере, Мьянме, Сенегале, Судане, Эсватини, Южном Судане власти прибегали к отключению интернета и создавали помехи для работы сети, чтобы помешать людям делиться информацией о репрессиях и организовывать ответные действия.

«Вместо того, чтобы предоставить людям пространство для столь необходимых дискуссий и обсуждений того, как лучше всего справиться с вызовами 2021 года, многие государства удвоили усилия, стремясь заглушить критические голоса», — подчеркнула Агнес Калламар.

Но несмотря на такие регрессивные меры, молодые активисты и наиболее активные представители коренных народов по всему миру критиковали лидеров за их бездействие в связи с климатическим кризисом. Организации гражданского общества, в том числе Amnesty International, успешно продвигали признание права на чистую, здоровую и устойчивую окружающую среду. Неправительственные организации предъявляли серьёзные иски и обвинения в совершении уголовных преступлений в отношении транснациональных корпораций, таких как Nike, Patagonia и C&A, за их соучастие в использовании принудительного труда в китайском Синьцзяне.

Прекрасным примером сотрудничества стал «Проект «Пегас» — в этом расследовании приняли участие более 80 журналистов; Amnesty International оказывала проекту техническую поддержку. Расследователи установили, что шпионское ПО израильской компании NSO Group использовалось в отношении глав государств, активистов и журналистов в Азербайджане, Венгрии, Марокко, Руанде и Саудовской Аравии.

«Несмотря на все заверения и клятвы, что они-де поступают прямо противоположным образом, мировые лидеры и корпорации действовали по шаблону, предпочитая укреплять, а не устранять системное неравенство, в очередной раз проявившееся в пандемию. Однако во всём мире люди совершенно ясно дали понять, что они хотят более справедливого мира, основанного на правах человека», — заявила Агнес Калламар.

Ситуация с правами человека в Таджикистане в 2021 году

• Преждевременные заявления властей, что заражения коронавирусом в стране прекратились, вкупе со строжайшим контролем за публикацией информации сорвали реализацию санитарно-эпидемиологических мер, призванных защитить здоровье населения во время пандемии.

• Пострадавшие от домашнего насилия сталкивались с препятствиями при попытках обратиться к правосудию.

• Доступ к правосудию для жертв домашнего насилия до сих пор является проблемой.

• Пытки и другие виды жестокого обращения по-прежнему носили повсеместный характер, но информация об этих фактах все еще ограничена.

• Власти неправомерно ограничивали свободу выражения мнений: оппозиционеров и критиков властей приговаривали к длительным срокам тюремного заключения по политически мотивированным обвинениям.

Конфликт на границе и беженцы

На спорном участке границы между Таджикистаном и Кыргызстаном 28 апреля вспыхнули столкновения, спровоцированные конфликтом из-за доступа к воде между местными жителями по обе стороны границы. По утверждениям властей Таджикистана, к моменту окончания столкновений 1 мая со стороны Таджикистана были убиты 19 человек и ещё 87 получили ранения.

В июле правительство объявило о готовности принять 100 тысяч беженцев из Афганистана. В августе СМИ сообщили, что из Афганистана на территорию Таджикистана прибыли 2000 беженцев, и все они затем были размещены в третьих странах.

В сентябре министр внутренних дел сказал, что у Таджикистана отсутствует инфраструктура для приёма большого количества беженцев. Ещё 200 граждан Афганистана попытались проникнуть на территорию Таджикистана в сентябре, но впущены были лишь 100 женщин и детей.

Право на доступ к здравоохранению

Власти тщательно контролировали весь нарратив вокруг пандемии коронавируса и преуменьшали её реальное влияние. В результате меры по ограничению распространения инфекции и защите здоровья населения принимались с запозданием и оказывались менее эффективными.

Так, 26 января президент объявил парламенту, что в Таджикистане больше нет новых случаев заражения ковидом. По сообщениям СМИ, на медиков оказывалось давление, чтобы те не ставили диагноз «коронавирус», и как минимум одного врача, как утверждается, уволили после того, как он указал, что результат анализа оказался положительным. Тем не менее 21 июня в правительстве признали, что некоторое количество случаев заражения в стране всё же имели место, но возложили ответственность за это на население, которое не соблюдает меры защиты.

Власти ввели обязательную вакцинацию всего взрослого населения, однако информации о том, как она будет реализовываться, не было. По состоянию на конец года в Таджикистане было введено свыше 4 миллионов доз вакцины. В сентябре власти объявили о 17 тысячах случаев заражения коронавирусом и 124 смертях с начала пандемии, однако по информации независимых СМИ, цифры намного выше, исходя из приводимых ими собственных данных.

Насилие в отношении женщин и девочек

Пострадавшие от домашнего насилия сталкивались с многочисленными препятствиями к получению помощи и защиты и при попытках обратиться к правосудию.

Согласно закону 2013 года о домашнем насилии, пострадавшие могут подавать соответствующие заявления правоохранителям. Однако правоохранительные органы, в свою очередь, не обязаны предпринимать шаги по расследованию жалоб, выдаче защитных предписаний и возбуждению уголовных дел.

На рассмотрении парламента находилась новая редакция Уголовного кодекса, в которой есть статья об уголовной ответственности именно за домашнее насилие. Однако в ней отражены не все типы насилия, например, не упоминаются психологическое насилие, а также супружеское изнасилование и сексуальное насилие в браке.

Пытки и жестокое обращение

В феврале вступил в силу национальный план действий, принятый в рамках новой стратегии реформирования системы уголовного правосудия. Он предусматривает независимый мониторинг мест лишения свободы, а также усовершенствование механизмов подачи жалоб заключёнными и разработку независимых механизмов по расследованию случаев смерти под стражей.

Официальные заявления подавались лишь в малом числе случаев пыток и других видов жестокого обращения. В марте группа правовой помощи в составе Коалиции гражданского общества против пыток сообщила, что в течение 2020 года она задокументировала как минимум 38 случаев пыток и других видов жестокого обращения, отметив, что это лишь небольшая часть реального количества случаев.

В июне трое сотрудников милиции были приговорены к срокам от 10 до 13 лет лишения свободы за пытки Хасана Ёдгорова в 2017 году в городе Турсунзаде на западе Таджикистана. Хасан Ёдгоров «сознался» в убийстве, после того как милиционеры избивали и пытали его электрическим током на протяжении нескольких дней. Он провёл шесть месяцев в предварительном заключении, прежде чем с него были сняты все обвинения и он был отпущен на свободу в мае 2018 года после поимки другого подозреваемого. Хасан Ёдгоров обратился с заявлением о пытках на следующий день после своего освобождения. Двое сотрудников милиции попали под амнистию, благодаря чему сроки их приговоров были сокращены.

Свобода выражения мнения

Не прекращались репрессии в отношении оппозиционеров и критиков властей, которых приговаривали к длительным срокам тюремного заключения по политически мотивированным обвинениям, причём зачастую власти добивались их выдачи из других стран, а также преследовали их родственников как в самом Таджикистане, так и за рубежом.

Саади Рахматова, приходящегося зятем Шарофиддину Гадоеву, заместителю руководителя произвольно запрещённого оппозиционного движения «Группа 24», 13 января выпустили из тюрьмы в Греции, где он провёл под стражей два месяца, потому что власти Таджикистана объявили его в международный розыск по каналам Интерпола. В Таджикистане Саади Рахматову инкриминировалось «пособничество наёмникам», что карается 15 годами лишения свободы.

Двадцать пятого марта пропал независимый адвокат и председатель Центра таджиков в Москве Иззат Амон (также известный как Изатулло Холов). Два дня спустя Министерство внутренних дел Таджикистана сообщило, что он находится под стражей в столице страны Душанбе, куда его перевезли после экстрадиции из России. Иззат Амон неоднократно критиковал власти Таджикистана за нежелание защищать права мигрантов из Таджикистана на территории России.

В октябре городской суд Душанбе приговорил его к девяти годам лишения свободы по обвинению в мошенничестве. Бывшего члена произвольно запрещённой Партии исламского возрождения Таджикистана (ПИВТ) Мирзо Ходжимухаммада 1 июня приговорили к пяти годам лишения свободы за «членство в запрещённой экстремистской организации». На протяжении последних двух лет он работал в России врачом и приехал в Таджикистан в феврале с визитом. С него взяли подписку о невыезде, а затем в мае арестовали. Утверждается, что в основу его приговора легли неуказанные публикации в соцсетях. В 2020 году в своём интервью СМИ он раскритиковал то, что власти слишком поздно признали наличие пандемии коронавируса.

В январе по отбытии приговора на свободу вышел независимый журналист Далер Шарипов. В апреле 2020 года суд признал его виновным в «разжигании религиозной нетерпимости» и приговорил к одному году лишения свободы за подпольную публикацию и распространение написанного им трактата об исламе.

В октябре срок заключения Бузургмехра Ёрова был сокращён на четыре года по амнистии, приуроченной к 30-й годовщине независимости страны. Адвокат Бузургмехр Ёров был приговорён к 28 годам лишения свободы за то, что представлял интересы нескольких членов запрещённой ПИВТ.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.